Виктор Овчаренко: Сабина Шпильрейн: Под знаком деструкции

Table of Contents:

ЛОГОС, №5, 1994, с. 239-256

Послесловие к публикации

В 1912 году в одном из европейских психоаналитических журналов 1 была опубликована статья Сабины Шпильрейн Деструкция как причина становления 2. Идеи и выводы этой концептуальной работы сыграли существенную роль в развитии психоаналитически ориентированных учений о природе и сущности человека и создали автору репутацию способного теоретика психоанализа. В дальнейшем подтвердив ее теоретическими и эмпирическими исследованиями Сабина Николаевна Шпильрейн (1885 - 1,942) была признана психоаналитическим сообществом в качестве одного из наиболее результативных российских психоаналитиков первой волны.

Идеи и жизнь ее исследуются в разнообразных европейских и американских публикациях 4. И только на ее родине - в России — о трудах и о судьбе Сабины Шпильрейн до недавнего времени 4 не было известно почти ничего путного. И что бы мы ни думали о себе, ее идеях или нашем времени, а перевод и публикация статей Сабины Шпильрейн на ее родном языке, даже несмотря на 82-летнее опоздание, это все-таки событие в нашей странной интеллектуальной жизни.

Три четверти судьбы

Сабина (Шейвэ) Шпильрейн родилась 7 ноября 1885 года в Ростове-на -Дону в семье состоятельного коммерсанта Николая (Нафтулия) Аркадьевича (Ароновича) Шпильрейна и его жены стоматолога Евы (Хавэ) Марковны (Мордхэвны) Шпильрейн (в девичестве Люблинской), занимавшейся преимущественно семейными делами, но все же практиковавшей до 1903 г.

Брак Николая и Евы Шпильрейн одарил их двумя дочерьми (Сабиной и Эмилией) младшая из которых — Эмилия — умерла еще в детстве и тремя сыновьями (Яковом, Исааком и Эмилем). Вся семья жила в собственном доме Николая Шпильрейна и во многом благодаря его суровому домашнему воспитанию дети получили весьма приличное общее образование, естественно включая свободное владение иностранными языками.

В 1890 году по настоянию отца (выходца из Варшавы) Сабина была определена в Варшавский Фребелевский детский сад 5, в котором пробыла 5 лет. За это время, благодаря практиковавшимся там новым методам воспитания и образования, она получила неплохую подготовку и фактически овладела основами немецкого, французского и других иностранных языков. Сабина была болезненной девочкой не без определенных странностей, которые около 1901 года (отчасти под влиянием смерти от тифа младшей сестры, которую она любила “больше всего на свете”) приобрели тревожный характер. И когда выяснилось, что это все же психическое расстройство, отец, пытаясь спасти единственную дочь, принял решение определившее и предопределившее ее жизнь и судьбу.

В 1904 году, вскоре после того как Сабина несмотря на “глупость учителей” и нелюбовь к школярству, окончила с золотой медалью 8 классов Екатерининской женской гимназии (в Ростове-на-Дону) он поместил ее в швейцарский санаторий доктора Геллера в Интерлакене. Там она пробыла всего один месяц и с сохранившейся “пугающей симптоматикой” 17 августа 1904 года была переведена в ныне всемирно известную клинику Бургхельцли (Цюрих, Швейцария), которой руководил выдающийся психиатр профессор Эйген Блейлер К. Лечащим врачом Сабины был определен увлекавшийся психоанализом доктор Карл-Густав Юнг — будущий создатель аналитической психологии 7. Случай Сабины (диагноз — “психотическая истерия”) показался К.Юнгу достаточно интересным 8 и перспективным для апробации психоаналитических идей. И она стала первой пациенткой К.Юнга, на которой он испытал эффективность идей, методики и техники психоаналитической терапии. Результаты превзошли все ожидания. К 1 июня 1905 года курс клинического психоанализа был успешно завершен, при четко выраженом терапевтическом эффекте. Но, наряду с ним, К. Юнг, обладавший в то время минимальным психоаналитическим опытом, умудрился получить и сверхплановый результат - пациентка влюбилась в своего женатого врача 9, который к тому же имел детей и был старше ее на 10 лет. Сабина жаждала любви и сына (задолго до потенциального зачатия нареченного ей Зигфридом), который согласно ее романтическим мечтаниям ницшеанского толка должен был воплотить в себе лучшие черты национальностей отца и матери. Страсть действительно способна творить чудеса — К.Юнг ответил взаимностью. В силу разных причин и обстоятельств в круговорот бурного и сложного многолетнего романа Сабины Шпильрейн и Карла Густава Юнга были втянуты родственники, друзья и коллеги из нескольких европейских стран. Разговоры, переписка, визиты, обвинения, оправдания, слухи... В конце-концов все пришло к условно приемлемому уровню и каждый пошел тропой собственной эротической судьбы. Но симпатии и профессиональные отношения, к счастью, сохранились.

После окончания курса клинического психоанализа Сабина Шпильрейн воплотила в жизнь свою детскую мечту, поступив на медицинский факультет Цюрихского университета. Во время учебы она фактически специализировалась по психотерапии, психоанализу и педологии. Все больше увлекаясь психоаналитическими идеями, Сабина с удовольствием работала над темами, предложенными Э.Блейлером и К.Юнгом.

Продолжая амбулаторное лечение ее (вплоть до 1909 года) К.Юнг, как врач, обсуждал случай с пациенткой Сабиной Шпильрейн в переписке с З.Фрейдом 1. Как фигурант этой переписки, Сабина выступала поначалу в качестве анонимной больной, затем пациентки из России, и, наконец, обрела фамилию и даже прозвище — “малышка”. А в 1909 году она сама вступила в переписку с З.Фрейдом и существенно усложнила и без того весьма непростые отношения К.Юнга и З.Фрейда. Случайно оказавшись между ними, “маленькая” невольно доставила К.Юнгу и З.Фрейду большие хлопоты, хотя в ряде ситуаций вела себя мудрее прославленных психологов.

По окончании университета Сабина Шпильрейн подготовила диссертацию “О психологическом содержании одного случая шизофрении” (научный руководитель К.Г. Юнг), в которой предприняла попытку использования психоаналитических идей при исследовании шизофрении. В общем она сумела нащупать некую диалектику психических процессов и зафиксировать отдельные психические компоненты шизофрении. Соображения ее о двойственности сексуального влечения, замене внешнего мира внутренним, об отказе от настоящего и уходе в прошлое, о сопряженности элементов сновидений, психозов и мифов, а также мысль об обращении в противоположность через отрицание привлекли некоторое внимание. После успешной защиты диссертации “фройляйн д-р Шпильрайн” 11 октября 1911 года в присутствии З.Фрейда и его коллег была принята в Венское психоаналитическое общество 11. Она активно включилась в его работу и уже 25 ноября 1911 года, на очередном заседании Общества, выступила с докладом “Деструкция, как причина становления”, в котором развила некоторые идеи диссертации и, отчасти предвосхищая идеи З.Фрейда, обозначила садистский компонент сексуального влечения как “деструктивный”. В 1912 году доработанный текст доклада под тем же названием был опубликован в виде статьи, сыгравшей весьма значительную роль в развитии психоанализа и психоаналитически ориентированных воззрений.

В 1912 году С.Шпильрейн вышла замуж за российского врача Шефтеля Павла Наумовича и 17 декабря 1913 года родила девочку — Ренату (Ирму Ренату). Несмотря на изменение семейного положения и вытекающее из него известное усложнение жизни, С.Шпильрейн целиком отдавалась захватившему ее теоретическому и практическому психоанализу. Она работала в различных немецких, швейцарских и австрийских центрах: психиатрической клинике у Э.Блейлера (Цюрих), психоневрологической клинике Бонхэфера (Берлин), занималась психоанализом у К.Юнга (Цюрих) и З.Фрейда (Вена), исследовала мифологию и историю искусства (Мюнхен), работала врачом-педологом в лаборатории Э.Клапареда (Женева) и др. Изучала гармонию, контрапункт, композицию, иностранные языки... Осуществила психоаналитическое исследование “Песни о Нибелунгах” и сказок. Опубликовала серию неординарных статей в различных европейских журналах. Активно участвовала в работе съездов, конференций и конгрессов по педагогике, психологии, психиатрии и психоанализу.

Вскоре после российской социалистической революции 1917 года дом, имущество и деньги ее отца были конфискованы и в силу этого материальное положение С.Шпильрейн существенно ухудшилось. Но она старалась не обращать на это внимание и как всегда много работала. Существенной частью ее деятельности была психоаналитическая практика. Из многих пациентов и учеников ее впоследствии наиболее известным стал швейцарский психолог Жан Пиаже (1896-1980), чьим психоаналитиком (и психоаналитиком-дидактом) он была в Женеве в 1921 году.

В судьбе Сабины Шпильрейн 20-е годы стали переломными. Она уже долго жила в Европе. Менялись страны, города, работы, люди... Были успехи и признание. Но она все чаще ощущала некую неудовлетворенность. З.Фрейд настоятельно рекомендовал ей работу в Берлине — одном из ведущих психоаналитических центров того времени, где активно функционировали психоаналитический институт и поликлиника. Но ее тянуло в Россию.

В 1921 году в Ростове-на-Дону умерла ее мать. А братья Сабины — Ян и Исаак — после получения образования в Европе в 20-е годы уже трудились в Москве. В Ростове-на-Дону завершал учебу в университете ее младший брат Эмиль, а отец активно работал по ликвидации неграмотности. После значительного перерыва, вызванного первой Мировой войной, революциями 1917 года и гражданской войной, в советской России постепенно консолидировались ряды сторонников психоаналитического учения З.Фрейда. С учетом этих и других обстоятельств Сабина Шпильрейн решила вернуться на Родину, где предполагала использовать свой богатый психоаналитический опыт для созидания новой России.

В письме к ней от 9 февраля 1923 года З.Фрейд, проявлявший большую заинтересованность в распространении психоанализа в России, наконец, благословил ее возвращение и высказал мнение, что в Москве она сможет “заниматься серьезной работой вместе с Вульфом и Ермаковым” 12. Так ненавязчиво были определены место жительства, место работы и круг соратников.

Страницы