Виктор Овчаренко: Вехи жизни Сабины Шпильрейн

Table of Contents:

"Сабина Шпильрейн: над временем и судьбой" (Ростов-на-Дону: Мини Тайп, 2004, с. 30-55).

Автор-составитель Филипп Филатов.

Статья с сайта http://www.psychosophia.ru

Есть упоение в бою
И бездны мрачной на краю.
Все, все что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья.

А.С.Пушкин

Идея

В 1912 году в журнале "Jahrbuch fur psychoanalytische und psychopatologische Forschungen" ("Ежегодник психоаналитических и психопатологических исследований", № 4, р. 465-503) была опубликована статья Сабины Шпильрейн "Деструкция как причина становления". Идеи и выводы этой концептуальной работы сыграли существенную роль в развитии психоаналитически ориентированных учений о природе и сущности человека и создали автору репутацию способного теоретика психоанализа.

В дальнейшем, подтвердив ее эмпирическими и теоретическими исследованиями, Сабина Николаевна Шпильрейн (1885-1942) была признана психоаналитическим сообществом в качестве одного из наиболее квалифицированных и результативных первых российских психоаналитиков.

Древо жизни Сабина Николаевна Шпильрейн (Шпильрейн-Шефтель) родилась 25 октября (7 ноября) 1885 года в Ростове - на - Дону в семье энтомолога и состоятельного коммерсанта (купца 1-ой, а затем и 2-ой гильдии) Николая (Нафталия) Аркадьевича (Мошковича) Шпильрейна (переехавшего в 1883 г. в Ростов-на-Дону из Варшавы) и его жены стоматолога Евы Марковны Шпильрейн (в девичестве - Люблинской), занимавшейся преимущественно семейными делами, но все же работавшей стоматологом (1).

Сабина была болезненной девочкой не без некоторых странностей. Сложные отношения с родителями и различные чудаковатые моменты её поведения вызывали у них всевозраставшую озабоченность.

К концу 1901 года (отчасти под влиянием смерти 10 октября 1901 года от тифа младшей сестры Эмилии, которую она любила "больше всего на свете") ее поведение приобрело тревожный характер.

И когда выяснилось, что это все же психическое расстройство, отец, пытаясь спасти единственную дочь, принял решение, предопределившее ее жизнь и судьбу.

Болезнь

В 1904г., вскоре после того как Сабина, несмотря на подчеркиваемую ею "глупость учителей" и нелюбовь к школярству, окончила с золотой медалью 8 классов Екатерининской женской гимназии (в Ростове - на - Дону), отец решил поместить ее в швейцарский санаторий доктора Геллера в Интерлакене.

Мать привезла Сабину в Швейцарию. Но в санатории Сабина пробыла всего один месяц (за который успела продемонстрировать значительный репертуар разнообразных выходок) и, к облегчению медицинского персонала, была переведена в другое лечебное учреждение.

Психоанализ для россиянки

17 августа 1904г. Сабина, с сохранившейся "пугающей симптоматикой", поступила во всемирно известную клинику Бургхёльцли (Цюрих), которой руководил один из основоположников современной психиатрии Эйген Блейлер.

Лечащим врачом Сабины стал увлекавшийся психоаналитическими идеями доктор Карл-Густав Юнг.

Случай Сабины (Диагноз Э. Блейлера "истерия", диагноз К.Г. Юнга - "психотическая истерия") показался К. Юнгу достаточно интересным и перспективным для апробации психоаналитических идей. И она стала первой пациенткой К.Юнга, на которой он испытал эффективность идей, методики и техники психоаналитической терапии.

Что было - то было

В сохранившейся истории болезни Сабины Шпильрейн (заполненной почти полностью К.Юнгом) подробно и систематически изложены анамнез, симптомы и состояния пациентки. В данном случае, намеренно опуская все клинические подробности, все же необходимо упомянуть, что заболевание ее, по-видимому, было связано как с наследственностью, так и с особенностями детской жизни (очень сложными сексуально окрашенными отношениями с "любимым с болью" отцом, который иногда занимался рукоприкладством, стычками с матерью, ранним неизменным интересом к сексуальным проблемам, постоянными занятиями сольным сексом, влюбленностью в дядю-врача, смертью любимой сестры, мыслями о смысле жизни и смерти, размышлениями о целесообразности и возможности самоубийства и т.д.).

Ее поведение в клинике не отличалось благонравием и включало в себя стычки с медперсоналом (обусловленные не только болезненным состоянием), несколько кокетливых демонстраций суицида и прочее.

О симптоматике, состоянии, умонастроении и ориентациях Сабины в это время свидетельствует ее завещание ("Последняя воля") написанное ей собственноручно на немецком языке и приложенное к истории болезни.

"Последняя воля"

"После моей смерти я позволяю анатомировать только голову, если она будет не очень страшной. При секции не должно быть юноши. Из студентов могут смотреть только самые прилежные. Мой череп я посвящаю нашей гимназии. Его надо поместить в стеклянный ящик и украсить бессмертными цветами. На ящике напишите следующее: "И пусть при входе в гроб играет молодая жизнь, и равнодушная природа пусть сверкает вечным великолепием". Мой мозг я даю Вам. Только поместите его чистым в красивый сосуд, также украшенный и напишите на нем те же самые слова. Тело следует сжечь. Но при этом никто не должен присутствовать. Пепел разделите на три части. Одну положите в урну и пошлите домой. Вторую часть развейте по земле посреди нашего большого поля. Вырастите там дуб и напишите: "Я тоже была однажды человеком. Меня звали Сабина Шпильрейн". Что делать с третьей частью - скажет Вам брат". (2).

Психоанализ и трансфер

Первое применение психоанализа как метода психотерапии превзошло все ожидания К.Юнга. К 1 июня 1905 года курс клинического психоанализа в основном был успешно завершен, при четко выраженном терапевтическом эффекте. Но, наряду с ним, К.Юнг, естественно не обладавший в то время даже минимальным психоаналитическим опытом, умудрился получить и сверхплановый результат - пациентка влюбилась в своего женатого врача, который был старше ее на 10 лет и имел детей.

Сабина жаждала его любви и сына (задолго до потенциального зачатия нареченного ей Зигфридом), который, согласно ее романтическим мечтаниям ницшеанского толка, должен был воплотить в себе лучшие черты национальностей отца и матери.

В силу разных причин и обстоятельств в круговорот бурного, сложного и довольно длительного трансферного романа Сабины Шпильрейн и Карла Юнга были втянуты родственники, друзья и коллеги из нескольких европейских стран. Анонимки, разговоры, переписка, визиты, обвинения, контробвинения, оправдания, слухи…

В конце концов, все пришло к условно приемлемому уровню, и каждый пошел тропой собственной судьбы.

Но симпатии и профессиональные отношения, к счастью, сохранились, и некоторое время спустя Карл Юнг и Сабина Шпильрейн возобновили дружбу и переписку (1916-1919 гг.).

Психоаналитическое образование

После окончания курса клинического психоанализа Сабина Шпильрейн воплотила в жизнь свою детскую мечту, поступив на медицинский факультет Цюрихского университета.

Во время учебы (1905-1909) она фактически специализировалась по психотерапии, психоанализу и педологии. Все больше увлекаясь психоаналитическими идеями, Сабина с удовольствием работала над темами, предложенными Э.Блейлером и К.Юнгом, и под их непосредственным научным руководством.

Юнг - Шпильрейн - Фрейд

Продолжая наблюдение Сабины (вплоть до 1909 г.) К.Юнг, как врач, обсуждал случай с пациенткой Сабиной Шпильрейн в переписке с З.Фрейдом (3). Как фигурант этой переписки, Сабина выступала поначалу в качестве анонимной больной, затем пациентки из России, и, наконец, обрела фамилию и даже прозвище - "малышка".

А в 1909 году она сама вступила в переписку с З.Фрейдом и тем самым усложнила и без того непростые отношения К.Юнга и З.Фрейда.

Впоследствии это обстоятельство стало предметом различных спекуляций. И именно поэтому необходимо отметить, что, случайно оказавшись "между Фрейдом и Юнгом", "малышка" невольно доставила им определенные хлопоты, хотя в ряде ситуаций она вела себя приличнее и мудрее прославленных психологов.

Диссертация и ученая степень

По окончании университета Сабина Шпильрейн подготовила диссертацию "О психологическом содержании одного случая шизофрении" (научный руководитель К.-Г.Юнг), в которой предприняла, пожалуй, первую попытку использования психоаналитических идей при исследовании шизофрении. В общем, она сумела нащупать некоторую диалектику психических процессов и зафиксировать отдельные психические компоненты шизофрении. Соображения ее о двойственной природе сексуального влечения, замене внешнего мира внутренним, об отказе от настоящего и уходе в прошлое, о сопряженности элементов сновидений, психозов и мифов, а также мысль об обращении в противоположность через отрицание привлекли некоторое внимание.

В мае 1911 года она была удостоена ученой степени доктора медицины и спустя некоторое время опубликовала статью по теме диссертационного исследования (в журнале редактировавшимся К.-Г.Юнгом).

Венское психоаналитическое общество

Вскоре после успешной защиты диссертации, наконец, состоялось столь долгожданное знакомство Сабины Шпильрейн с Зигмундом Фрейдом. Во время встречи в Вене выяснилось, что их заочные представления друг о друге были далеки от впечатлений, сложившихся при их непосредственном контакте. А 11 октября 1911 года "фроляйн д - р Шпильрейн" в присутствии З.Фрейда и его коллег была принята в Венское психоаналитическое общество.

В письме к К.-Г.Юнгу от 12 октября 1911 года (т.е. на следующий день после приема С.Шпильрейн в Венское психоаналитическое общество) З.Фрейд отметил: "Она нашла, что я вовсе не такой злой, каким она себе меня представляла" (4). В свою очередь он нашел, что Сабина Шпильрейн "довольно мила".

Предубеждения рухнули, но не исчезли и наложили отпечаток на их личные и профессиональные отношения.

Любовь и деструкция

К моменту знакомства с З.Фрейдом, С.Шпильрейн фактически уже была профессиональным психоаналитиком, к тому же обладавшим немалым творческим потенциалом и специфическим жизненным опытом.

Она вполне справедливо считала, что у нее уже есть, что предложить психоаналитическому сообществу. И, конечно же, самым важным в ее собственном психоаналитическом багаже были идея и толкование деструкции.

История появления идеи деструкции неразрывно связана с трагическими событиями личной жизни Сабины Шпильрейн. Это именно тот, по своему типический и уж тем более уникальный случай, когда оригинальная концепция была выстрадана не столько в переносном, сколько в буквальном смысле слова и несла на себе отпечаток одной из идей автора о "развитии научного интереса из сексуального знания".

Первые определенные идеи будущей концепции деструктивности были сформулированы Сабиной Шпильрейн не позднее 1909 года, в результате ее горестных размышлений о "безумном жаре" любви к К.-Г.Юнгу.

В ее дневниковых записях основная идея будущей концепции была выражена следующим образом: "Демоническая сила, сущностью которой является разрушение (зло) - в то же время и есть творческая сила, потому что из разрушения двух индивидов появляется новый индивид. Это и есть сексуальное влечение, которое по своей природе есть влечение к разрушению, влечение индивида к уничтожению себя. По этой самой причине оно и должно преодолевать столь большое сопротивление в каждом человеке…" (5).

К размышлениям о природе сексуального влечения, его разрушительных и созидательных компонентах Сабина Шпильрейн обращалась многократно и обсуждала эти проблемы с К.Юнгом. И данное обстоятельство стало одним из источников ее различных треволнений.

В одной из дневниковых записей 1911 г. содержатся любопытные свидетельства, характеризующие состояние Сабины Шпильрейн, ее личность и атмосферу, в которой создавалась и развивалась концепция деструкции:

"Я очень опасаюсь, что мой друг, который намеревался упомянуть мою идею в своей статье, опубликованной в июле, и признать мой приоритет, может просто присвоить идею, поскольку теперь он собирается говорить о ней, как о возникшей еще в январе. Может быть, это просто необоснованная недоверчивость с моей стороны? Я так хотела бы, чтобы дело оказалось именно в этом - ведь мое второе исследование должно быть посвящено ему, моему уважаемому учителю. Но как могу я уважать человека, который лгал мне, который украл мою идею, который оказался мне не другом, а мелочным корыстолюбивым соперником? Как могу я любить его? Ведь я люблю его, несмотря ни на что. Вся моя работа пронизана этой любовью. Я люблю его и одновременно ненавижу, потому что он мне не принадлежит. Было бы невыносимо оказаться в его глазах простофилей. Нет, я хочу быть благородной, гордой, всеми уважаемой! Я должна быть достойна его, и идея, которой я дала жизнь, должна появиться под моим именем".

Более того, в определенный момент времени она считала, что К.Юнг позаимствовал и присвоил себе ее идею, которую изложил в несколько трансформированной форме. Но подавила возмущение и великодушно простила его.

В 1911 году Сабина уже в общих чертах выработала определенное представление о проблеме деструкции и отчасти выразила его в диссертации.

Однако масштаб и сложность проблемы естественно предполагали анализ ее в границах специальной работы, для подготовки которой было необходимо использовать разнообразные и обширные источники и соответствующий эмпирический материал.

Страницы