Александр Терехов: Трагедия семьи Шпильрейн

2000net.ua, Аспекты, №16 (363)

Сегодня только специалисты помнят имя Исаака Шпильрейна, который в первые годы советской власти был провозглашен отцом российской психотехники (отрасль психологии, занимающаяся вопросами трудовой деятельности человека). Он стал инициатором и руководителем инициированного Лениным и Троцким массового движения за оптимизацию производственных процессов в экономике.

В 1922 г. Шпильрейн организовал лабораторию промышленной психотехники, руководил соответствующими секциями в профильном институте и Коммунистической академии. Он занимался изучением проблем утомляемости людей на производстве, диагностикой профпригодности, осуществлял научный анализ профессий. Ряд его работ посвящен вопросам рационализации условий труда, промышленному травматизму. С 1924 г. Шпильрейн — профессор, организатор и председатель Психотехнического общества (1927—1935), редактор журнала «Советская психотехника» (1928 — 1934) и автор многочисленных трудов.

Исаак родился в 1889 г. в Ростове-на-Дону и был третьим ребенком в семье купца Николая Шпильрейна. Еще гимназистом участвовал в запрещенном движении молодых еврейских социалистов. После того как юноша с воодушевлением воспринял революционные события 1905 года, опасающиеся за его безопасность родители отправили Исаака в Европу, где в то время находилась его старшая сестра Сабина.

После окончания Лейпцигского университета молодой человек работает в Институте экспериментальной психологии у знаменитого Вильгельма Вундта. Весной 1913-го он возвращается в Ростов, где собирает данные для сравнительного исследования детей школьного возраста. «Психологические моменты изучения детей в Ростове-на-Дону» были опубликованы в 1916 г.

Когда в России начались еврейские погромы, Шпильрейн, который до этого не придавал особого значения своей национальной принадлежности, вспоминает о своих корнях: он начинает изучать идиш и даже пишет небольшой учебник по языку, одним словом, становится едва ли не правоверным евреем.

После революции 1917 г. Шпильрейн уезжает в Тифлис, где работает переводчиком дипломатического представительства РСФСР (он владел 11 иностранными языками и с легкостью изучал новые). В 1921 г. его переводят в наркомат иностранных дел в Москву. С 1922-го Исаак Шпильрейн разрабатывает основы т. н. научной организации труда (НОТ), которая позднее с успехом применялась на большинстве предприятий Советского Союза.

Он — член-корреспондент Британского института мировой психологии. В 1929 г. Шпильрейн вместе с Александром Лурией и великим Павловым был в составе международного организационного комитета и советской делегации на знаменитом Международном конгрессе психологов, проходившем в Йельском университете.

На 6-й конференции Международного общества психологов, проведенной в 1930 г. в Барселоне, Шпильрейна избирают его президентом. Ученого считают отцом психотехники, однако он предпочитал называться марксистским психологом, хотя сравнивал психотехнику с винтовкой, которая может одинаково функционировать как в руках красных, так и белых.

В 1937 г. Исаак Шпильрейн был расстрелян за «шпионаж и участие в контрреволюционной организации». Вскоре после этого арестовали и расстреляли его братьев — Яна и Эмиля. Старший — Ян — в юности изучал музыку в Парижской консерватории, а позднее — математику и физику в Сорбонне. После революции он стал ректором Государственного института энергии в Москве. Автор учебника векторных подсчетов в технической механике и многих других работ.

Младший — Эмиль — был биологом и зоологом. С 1936 года — декан биологического факультета Ростовского госуниверситета.

Потрясенный гибелью сыновей, в 1937 году от разрыва сердца умер и их отец — Николай Шпильрейн.

Русская ученица доктора Юнга

Не менее трагична и жизнь Сабины Шпильрейн — сестры расстрелянных братьев. Она родилась в 1885 г. и с детства была очень болезненной, с неустойчивой психикой девочкой. Отчасти это объяснялось смертью младшей сестры, умершей от тифа, которую она любила больше всего на свете. Однако несмотря на частые болезни и нелюбовь к школярству, девушка в 1904 году окончила с золотой медалью Ростовскую женскую гимназию.

Надеясь укрепить здоровье Сабины, родители отправили дочь в известную клинику Бургхельцли (Цюрих, Швейцария). Лечащим врачом Сабины был назначен только что увлекшийся психоанализом доктор Карл Густав Юнг — будущий создатель аналитической психологии.

Таким образом, Сабина стала первой пациенткой великого ученого. Именно на девушке из России психиатр испытал эффективность методики и техники психоаналитической терапии.

Юнг получил еще один результат — пациентка влюбилась в своего врача, который был старше ее на 10 лет и имел жену и детей.

Карл Юнг ответил взаимностью. В силу разных причин и обстоятельств в круговорот бурного и сложного многолетнего романа были втянуты родственники, друзья и коллеги из нескольких европейских стран. Разговоры, переписка, визиты, обвинения, оправдания, слухи...

Юнг обсуждал случай с пациенткой Сабиной Шпильрейн в переписке с Зигмундом Фрейдом. Как фигурант этой переписки девушка поначалу выступала в качестве анонимной больной, затем пациентки из России и наконец обрела фамилию и даже прозвище — «малышка». А в 1909 г. она сама вступила в переписку с Фрейдом, чем усложнила и без того весьма непростые отношения Юнга и Фрейда. Позже Фрейд писал Сабине Шпильрейн: «Мы с удовольствием будем встречать вас и дальше, но вы должны научиться узнавать и наших врагов (я имею в виду Юнга)».

По окончании курса клинического психоанализа Сабина Шпильрейн поступила на медицинский факультет Цюрихского университета — она решила специализироваться на психотерапии и психоанализе.

После успешной защиты диссертации в 1911 г. ее в присутствии Фрейда и его коллег приняли в Венское психоаналитическое общество. Сабина активно включилась в работу и в том же году на заседании выступила с докладом «Деструкция как причина становления», в котором развила некоторые идеи диссертации, отчасти предвосхищая многие идеи Фрейда.

В 1912-м Сабина вышла замуж за российского врача Павла Шефтеля и через год родила девочку — Ренату. Несмотря на усложнившееся семейное положение, Шпильрейн целиком отдалась захватившему ее теоретическому и практическому психоанализу. Она работала в немецких, швейцарских и австрийских психиатрических центрах. Опубликовала серию неординарных статей в разных европейских журналах, активно участвовала в работе съездов, конференций и конгрессов по педагогике, психологии, психиатрии и психоанализу.

Возвращение в Россию

После революции 1917 года дом, имущество и деньги ее отца были конфискованы, в связи с чем материальное положение Сабины ухудшилось.

20-е годы в ее судьбе стали переломными. Сабина Шпильрейн меняла страны, города, работу. Были успехи и признание, хотя больше ощущалась неудовлетворенность. Зигмунд Фрейд настоятельно рекомендовал ей работать в Берлине в одном из ведущих психоаналитических центров того времени. Но ее тянуло в Россию.

В 1921 г. в Ростове умерла мать Сабины. А братья — Ян и Исаак — уже трудились в Москве. После длительного перерыва, вызванного Первой мировой войной, революцией и гражданской войной, в советской России постепенно стали признавать учение Фрейда. С учетом этих и других обстоятельств Сабина Шпильрейн решает вернуться на Родину, где планирует использовать свой богатый психоаналитический опыт.

В письме к ней от 9 февраля 1923 года Зигмунд Фрейд, проявлявший большую заинтересованность в распространении психоанализа в России, наконец благословил ее возвращение.

В это время российское психоаналитическое движение было на подъеме и, как многим казалось (особенно в Европе), имело большие перспективы. С 1922 г. в Москве под редакцией профессора Ивана Ермакова издавалась «Психологическая и психоаналитическая библиотека», в которой публиковались основные труды Фрейда и произведения некоторых его последователей. В 1923-м в результате очередной реорганизации детского дома-лаборатории в Москве был создан Государственный психоаналитический институт. В этом же году начало работу Русское психоаналитическое общество, основатели которого активно сотрудничали с зарубежными и российскими коллегами.

Трудоустройство в Москве уже предполагало заполнение соответствующих анкет. В анкетном листке с грифами «РСФСР, Наркомпрос, Главнаука», отвечая на соответствующие вопросы, Шпильрейн записала себя как Сабину Николаевну Шпильрейн-Шефтель, беспартийную еврейку, мещанку, пребывавшую за границей в целях научной работы. Отметила, что работала все время по психотерапии и как врач-педолог (педология — направление в психологии и педагогике). На вопрос об имущественном положении ответила коротко и ясно: «Ни у кого ничего нет».

С сентября 1923 г. она работала врачом-педологом в Москве, заведовала секцией детской психологии в 1-м Московском государственном институте и числилась научным сотрудником Государственного психоаналитического института и детского дома-лаборатории «Международная солидарность». В этом же институте вела амбулаторный прием, а также «семинарий по детскому психоанализу», консультировала, читала спецкурс «Психоанализ подсознательного мышления», принимала деятельное участие в работе Русского психоаналитического общества.

К 1924 году Сабина опубликовала более 30 научных трудов и была в расцвете лет, сил и желаний. Она адаптировалась к новым условиям и готовилась к большой и перспективной работе. Но жизнь распорядилась по-иному, подкосив ее на взлете творческой активности.

Недолгое чудо

Из-за семейных неурядиц с мужем пришлось переехать в Ростов-на-Дону, где в это время, кроме отца, жил младший брат. А в Москве уже начиналось т. н. наступление на психоанализ. Решением Совета народных комиссаров РСФСР от 14 августа 1925 г. за подписью Николая Семашко был ликвидирован Государственный психоаналитический институт и власти постепенно усиливали репрессивную политику. Будущее у психоанализа в СССР выглядело мрачным.

Жизнь и работа Сабины Шпильрейн в Ростове-на-Дону с 1924-го по 1942 год (по причине отсутствия свидетелей) мало изучена. В 1926 году она родила вторую дочь — Еву. В это время женщина трудилась на нескольких работах, в том числе врачом в поликлинике (была психотерапевтом, психоаналитиком и педологом).

27 июля 1930 г. было принято официальное постановление о ликвидации Русского психоаналитического общества. Но Сабина Шпильрейн все же продолжала научную работу, и в 1931 г. один из ведущих психоаналитических журналов — «Имаго» опубликовал ее статью о детских рисунках, выполненных с открытыми и закрытыми глазами. Это была ее последняя публикация в европейских научных журналах.

Вскоре положение Сабины Шпильрейн стало невыносимым. Вторая половина 30-х годов превратилась в постоянный кошмар. Семью затягивало в мясорубку репрессий, и судьба методически наносила ей удар за ударом. Один за другим погибли братья, не выдержав случившегося, умер отец. Но Сабина Шпильрейн каким-то чудом уцелела и пыталась спасти дочерей.

Чаша весов

Чуть больше четверти века назад в подвале женевского дворца Вильсон (там прежде находился Институт психологии) были обнаружены дневники Сабины, датированные 1908 — 1912 гг., письма к ней Юнга и Фрейда.

Эти письма вводят нас в курс развития романа Юнга и Сабины и влияния, которое Шпильрейн оказала на жизнь Карла Юнга, а также кристаллизацию его идей и роли, которую она играла в развитии как фрейдовского, так и юнговского психоанализа. Прослеживается и ее влияние на охлаждение отношений между Юнгом и Фрейдом.

Сегодня имя Сабины Шпильрейн довольно популярно на Западе. О ней пишут книги, снимают фильмы, проводят научные конференции в ее память. На Бродвее идет мюзикл, в основу которого положены факты и домыслы об отношениях Шпильрейн, Юнга и Фрейда.

По сенсационным сведениям ее дневника шведский режиссер Элизабет Мартон сняла нашумевший документальный фильм «Меня звали Сабиной Шпильрейн».

Но вернемся к земной жизни Сабины. Последние ее годы были не менее трагичны, чем у ее братьев. Летом 1941 года после вторжения Германии в СССР Рената — дочь Сабины, учившаяся в Москве музыке, приехала в Ростов и осталась с матерью.

Фронт стремительно приближался к городу, и жители его уже были наслышаны о зверствах нацистов. По злой иронии судьбы именно Сабина Шпильрейн, автор психоаналитической концепции деструкции и садистских компонентов влечений, верила этим известиям менее других. По складу ума и по характеру она всегда была немного «не от мира сего». И не изменила себе и на этот раз. Сталинские репрессии легли на одну чашу весов, а ее девятнадцатилетний опыт европейской жизни — на другую. Она вспоминала Германию периода своей бурной молодости и не могла поверить, что столь культурный народ, как немцы, способен на такие зверства.

В июле 1942 г. гитлеровцы оккупировали Ростов и начали массовое уничтожение мирных жителей.

По поводу гибели Сабины Шпильрейн существует несколько версий. Наиболее достоверной из них представляется следующая. Последний раз ее видели летом 1942 г. в колонне евреев, которых нацисты гнали на расстрел в направлении Змеевской балки, что на окраине города. Как всегда плохо одетая, смертельно уставшая и сосредоточенная только на ей ведомых мыслях, Сабина Николаевна Шпильрейн-Шефтель брела вместе с двумя своими дочерьми. Там на дне залитого кровью и заваленного трупами мирных жителей оврага они и обрели последний приют.